Даже если у вас всего несколько часов во Флоренции, есть смысл сходить в галерею Уффици. Особенно, если идет дождь. 

Прямо от вокзала Санта Мария Новелла все 10 минут ходьбы до галереи можно рассмотреть основные достопримечательности города. Удобно.

На пьяцца ди Сан Джованни перед собором Санта Мария Маджоре и башней Джотто есть маленькое кафе Scudieri, если вы как и я фанаты маленьких кафе с барной стойкой и начищенными винтажными кофейниками и очень непростой посудой, то вам сюда.  У барной стойки как всегда дешевле. Кафе радует с 1939 года. (сразу вспомнила кафе Futbol в Гранаде, очень похожее заведение, только постарше). 

Вот и комплекс собора, башни и Баттистерии. 

На площади Синьории фонтан Нептуна, Юдифь с головой Олоферна (все люди как люди, а я как Олоферн на блюде), и, говорят,  тот самый Давид. Не пойму как я видела всех, включая конную скульптуру одного из многочисленных Медичи, а Давида не приметила. Меня извиняет только то, что я минут 10 меняла пленку в камере и была уже на взводе, толпы туристов затирали меня и толкали под руку, дождь лил и я в принципе ожидала осмотреть Давида внутри галереи. Упс! Прости, Давид, в следующий раз.

Галерея работает всю неделю кроме понедельника с 8-15 до 18-50. 

Билет без льгот стоит 11 евро, если не хотите стоять длинную очередь, за дополнительные 4 евро, вам назначат ближайшее свободное время для посещений. Но если вы и этим недовольны, то можно сказать, что у вас мало времени и тогда вам легко пустят внутрь прямо сразу. 

Привычный контроль на входе, проносить большие сумки и зонты, бутылки воды нельзя. Сдать сумки и зонты можно в гардероб. Зонты и трости, за которыми не пришли в течение месяца, отдают в Красный Крест, а они уж знают, что с ними делать. 

Аудиогид - 6 евро для одного, 10 для двоих. Если вы знаете хотя бы немного о Возрождении и вехах живописи этой эпохи, сэкономьте 6 евро. Текст читает приятный баритон с итальянской “р”, но ничего нового вы не услышите, разве что какую-то информацию о заказчиках тех или иных полотен. Пока в моем рейтинге аудиогидов лидирует Gemaeldegallerie в Берлине (увлекательные истории полотен, много искусствоведческих знаний, гениальные микро-пьесы о картинах). 

А дальше залы со знакомыми незнакомцами. Больтраффио, Каналетто, Леонардо да Винчи, Джорджоне, Рафаэль, Джотто, Пьеро делла Франческо, Липпи, в общем, шершавым языком плаката - ожившие страницы учебника истории искусства. Медичи были гениальными коллекционерами, на мой взгляд. Такого выдержанного, точного и невероятного собрания полотен поискать. 

Среди жемчужин, конечно же, Ботичелли и его Венера. 

Перед поездкой я спрашивала у подруги как ей Уффици? Она ответила “Не Прадо, конечно. И Венера эта Ботичелли - попсня какая-то”. Хм-хм. Это наводит на мысль “как растиражированное и только ленивым не обыгранное изображение может по-прежнему сохранять свою ценность в глазах простого (не специально обученного) зрителя? Что происходит с Джокондой в Лувре и выглядит ли  она иной для зрителя на коврике для мыши? А главное, почему контекст картины иногда важнее символа?” 

Конечно, для искусствоведов одним Adoration of Magi больше, одним меньше не существенно, а я пока не рассмотрела все версии одного сюжета, не успокоилась. Леонардо велик!

Встретился зал Дюрера и немецкой живописи. Любимый Мемлинг и тут! 

Медичи знали толк в интерьерах, а также поразительный лайфхак как вместить все портреты рода и тосканских вельмож - разместите их под потолком у кромки фресок. Ну а почему бы нет? 

Поиск белой собачки увенчался успехом. 

У Данаи почитательница цветными карандашами воссоздавала тень ноги на архитектурной плоти простыни. 

У Лаокоона вообще сидел небольшой отряд художников.

Возле Перуджино (о, Перуджино и его сочные краски как после дождя!) ко мне подошел средних лет любитель (а может и профессионал)  красоты и сказал “What a great guy, huh? He had greatest workshop. Amazing artist.” Всё так. Этот же человек подкатил у картины Ботичелли, когда я слушала аудиогид и спросил “Do they tell you that the guy on the left is Lorenzo and he guy on the right is Boticelli? They do? Goooood!” Такой себе angelo custodio коллекции Медичи :) Знаю как странно это звучит, но у чувака было какое-то знакомое лицо.

Из окон галереи прекрасный вид на Понте Веккьо, построенный еще этрусками. Не знаю как у этрусков было дело с золотом, но весь мост забит лавками с золотыми украшениями. 

Как говорит Аня З. - портрет Мэрил Стрип: 

На крыше кафетерий и терраса. 

Внизу часть музея на реконструкции. Магазинов, где можно купить каталог, таблетницы/зонты/магниты/закладки/кружки/прочее и открытки со звездами коллекции Медичи более, чем два. 

Очень необычное ощущение, когда понимаешь, что в галерее ни одного полотна современных (относительно) художников. Как-то я успела привыкнуть, что с пре-рафаэлитами легко уживаются неопластицизм и сюрреализм. А вездесущий Дали и Пикассо просто-напросто отсуствуют. Непривычно, но логично.

А, да, в галерее нельзя фотографировать. Никому не говорите, что видели эти фото, ладно? 

Это тизер.

О выставке буддийского искусства, музейных посетителях, мифах о Тибете, снежных львах, сокровищах Гималаев и “почему Будда такой худенький?” - уже на этой неделе!

Как выглядит музей, стоящий городским властям 9,8 миллионов евро и  сам зарабатывающий в среднем 7 миллионов евро  в год?  

Примерно так, с одной стороны. 

В мае я приехала в музей на велосипеде и понятия не имела как добираться общественным транспортом, в ноябре  узнала, что ближайшая к музею станция метро называется  Eendrachtsplein и прогулялась вдоль канала по Museumpark (см. карту метро).

Если театр начинается с вешалки, то музей Boijmans начинается с внутреннего дворика,

и только потом уж с потрясающей вешалки. 

Жалею, что ни в мае, ни в ноябре мне совершенно нечего было повесить в этот подвесной гардероб. Смотрела со стороны, как посетители вставляют ключик, спускают веревку с вешалкой, устраивают свои пальто и куртку и как знамя поднимают вверх свою одежду.  

Важно: по средам в музей вход бесплатный для всех. 

С Museumkaart бесплатный вход всегда. А также, если вам нет еще 18 - то тоже бесплатно.

60% посетителей музея Boijmans голландцы, 30% роттердамцы и только 10% гости из зарубежа. 

В год около 230 тысяч человек бывают в музее, рекордное количество посетителей зарегистрировано в 2010 году - 320 416.

В ноябре на первом этаже - арт-проект  Карела ван Хееса Eversteijn, Boxer & Barber 1949-1983 

Очень интересный репортаж о жизни боксера, парикмахера и героя дискотек Кора Эверстийна глазами друга, документалиста ван Хееса. 

Фотографии, интервью с друзьями и коллегами Кора, видеопроекция лучшего нокаута -  ощущение полного погружения в долгий, пунктирный рассказ о друге и персонаже. Если вы не знали о Коре Эверстийне до этого, скорее всего вам будет казаться, что вы знаете не только его, но и его друга Карела ван Хееса.  Удивительный проект. 

На  выставке New Energy in Design and Art  было много детей с родителями. Ее я быстро прошмыгнула, были интересные артефакты, но ничего сверхестественного. 

Сверхестественное было в соседнем зале.

В темном зале лежали камеры от автомобильных шин с надписями take a seat please, вокруг камер располагались видео-инсталляции Марайки ван Вармердам и это было волшебно. Видео-арт закольцованных  историй, эдакие скринсейверы для эстетов, невозможно оторваться (капля молока, падающая в стакан воды, мальчик на берегу озера с вывернутыми карманами, взлетающий боинг и прочее, на что можно смотреть часами, если вы понимаете о чем я.)

Здесь можно посмотреть один из video-loop - снимала на телефон, качество соответствующее.

В ее работах достаточно юмора, чтобы не впасть в пафос, а подобная сну реальность видео только убеждает в  осязаемости происходящего. 

Никто лучше о ней не расскажет, чем кураторы и художники. В этом видео можно увидеть и саму художницу, и как она работает. 

Выставка Марайки до 22 января 2012 года, можно еще успеть :)

Привычная коллекция музея (которую успешно пополняют из года в год на деньги горожан, фондов и спонсоров, а также в рамках loaning relationship с музеями Лувр, Прадо и Тейт Модерн) состоит из 36 залов живописи начиная с 15 века и до наших дней. Босх, Ханс Мемлинг, Тинторетто, Рубенс, Мурильо, Гойя, Дега, Магритт, Дали, Спенсер, Хокни - это список авторов, перед работами которых надо немного подождать, чтобы схлынули посетители. 

Магритт.

В музее Boijmans постоянно проводят лекции, семинары, тренинги для школьников и студентов. Это единственный в Голландии музей, где есть культурный тренер (culture coach),  работающий весь учебный год в двух начальных школах в рамках программы помощи школам. 

У музея есть свой телеканал Boijmans TV c 2 миллионами зрителей в год и свой онлайн видео-канал Arttube.

Стоимость членства в Boijmans Friends - 40 евро в год, это бесплатный вход в музей, скидки на участие в образовательных мероприятиях и непередаваемое ощущение сопричастности к пополнению коллекции и вообще поддержки прекрасного музея. 

Музейная библиотека бесплатная и владеет одной из самых обширных коллекций литературы о дизайне и искусстве в Голландии.

На моей памяти это первый музей, в котором я была и у которого есть интернет-магазин помимо “сувенирной лавки” (язык не поворачивается назвать магазин с редкими изданиями по дизайну этим бесславным именем).

Кафе, как и все в музее, чертовски стильное и очень неплохой кофе!

У музея насыщенная жизнь, за которой хочется следить: отправить электронную открытку,  скачать виджет Today in Boijmans, смотреть Arttube, и главное - почаще бывать в самом музее. 

Маша Бахарева вчера рассказала о книге, в которой дети сбежали жить туда, где “безопасно, красиво и интересно”  - в музей Метрополитен. Мне безопасно, красиво и интересно в Boijmans van Beuningen, чуть что - сбегу туда!

Похоже у этого блога есть шанс еще раз побывать в Бойманс-музее в Роттердаме, в Мариуцхаусе в Гааге и в Делфте. 

Постараюсь в режиме реального времени рассказать еще раз. 

До ноября!

не переключайтесь

Сегодня я помчалась в Gemaeldegalerie пользуясь случаем повидаться с любимыми картинами (как ни пафосно это может звучать). Специально отправилась пешком от Hakerscher Markt до КультурФорума в удобных кедах Palladium. 

Все как всегда - 8 евро на входе, прихватила аудиогид. И помчалась по залам. Сначала помчалась, пока не осознала, что этот жуткий скрип резины о паркет произвожу именно я. Затем я пыталась идти на цыпочках - это еще хуже, все смотрят на тебя. Потом я посидела, постояла, подумала и решила как-то абстрагироваться от ужасного звука самой удобной обуви о старинный паркет. 

Три раза вокруг обошла зал с Брейгелем и Гольбейном, помню, что за Брейгелем и перед Вермеером одна из моих любимых работ висит. Не-наш-ла. 

Четвертый раз обходить залы в скрипучих кедах как-то совсем уже неловко. Обратилась к смотрителю, который мне внушил доверие. Спросила, ” а где же картина фламандского мастера Лукаса Валкенборха “Зима”?” В ответ услышала поток живой немецкой речи, из которой смогла вычленить только “nein, acht, bitte, bild, nein”. В общем, картины нет - это понятно. Восемь что-то там. Зал номер восемь? Восемь лет еще не будет? Недель? Месяцев? 

Конечно, нормальный человек пошел бы сразу в Information desk, там-то говорят на знакомых наречиях. Я тоже пошла, но не сразу. Сначала я вернула аудиогид чуваку, который спросил как мне экспозиция и я честно ответила, что супер, только одной картины не досчиталась. Он сказал “возможно она уехала на гастроли в другой музей?” 

В informaton desk сидела прекрасная седая дама с воспалением на верхней губе, которое окрасилось лекарствами в игривый синий цвет и я какое-то время сосредотачивалась на ее глазах и своих словах, чтобы объяснить весь ужас потери произведения. Она вручила огромный каталог и попросила найти фамилию автора. Я от волнения забыла Ван или Валкенборх и Лукас ли он? Говорю “ну знаете, такая прекрасная картина, где фламандские аристократы на рыбном рынке, на катке на заднем фоне катаются люди, замок, идет снег” Она оживилась “Аааа! Да-да, превосходная работа, там еще снег валит, да?”  Инфо-фрау опросила свою коллегу, та сказала, что картина в подвальном этаже, в Study Gallery. Я пошла туда. 

В Study Gallery кеды скрипели еще хуже, там было тихо и только смотрители оглядывались на звук. Но троекратное (я стала уже суеверной) обхождение зала выявило полное отсутствие работы. 

Спросила у смотрительницы, услышала поток живой немецкой речи снова, поблагодарила и на полусогнутых кедах убежала к выходу. Еще раз беспокоить даму с инфоцентра не представляла возможным. Да и кеды скрипят.

Если кто-то знает где теперь эта работа, сообщите и мне пожалуйста. 

Я не планировала сюда писать ничего, кроме историй о посещенных музеях, но потом подумала “ладно, один вопрос я могу задать”.

Смотрю сейчас когда-то нашумевший проект Дэвида Хокни “David Hockney’s Secret Knowledge”, где он копирует работы ван Эйка, Вермеера и прочего Северного Ренессанса при помощи подручных средств и в основном напирает на свое “гениальное открытие”: everybody lies!

А точнее, Хокни проанализировал историю портретной и жанровой живописи и пришел к выводу, что начиная примерно с 1420-х годов художники как-то резко все стали писать фотографически детально, как бы перепрыгнув через пять ступенек предшествующего примитивизма (как если бы Тибет из феодальной страны превратился за цветущий прогрессивный коммунизм - pun intended) - дескать, подозрительно.

Претензия звучит так - начиная с середины 15 века линзы и прочие нехитрые приспособления копирования стали доступны живописцам. Камера обскура помогала им детально переносить изображения на холст и дорабатывать.

Ок, допустим. Хотя я, конечно, в первые три минуты этой новости сделала брови домиком и вспомнила жестокий момент, когда поняла, что Белый Бим Черное Ухо все же погиб.

Хокни подробно “на пальцах” показывает как использовали линзы, описывает казусы леворукости большинства изображенных персонажей (оптические побочные явления линз), уверяет, что небольшой формат картин обусловлен техническими особенностями камеры обскура, но мне не кажется убедительным одно. Можно детально обвести силуэт/форму/фактуру/перспективу, но свет/тень? Свет должен был быть скопирован в точности либо на протяжении работы над портретом (даже если допустить однородную погоду в течение нескольких недель в Голландии, хотя unlikely), либо работа со светом была все же творческой составляющей живописи.

Или я все неправильно понимаю?

Я склонна думать, что пользоваться линзами это здорово, когда этот инструмент дает больше ясности и точности художнику. Подобно тому, как нынче почти никто не делает скетчи вручную (hello wacom!), в 14-15 веке стали использовать шлифованное стекло. It’s okay!

Но я склонна думать, что переход от относительно примитивных техник к продвинутым не имеет ничего общего с линзами. Просто одни писали чуть лучше других и совершенствовались.

Сравним современников:

А вы как думаете? Был ли качественный скачок техники живописи в 15 веке? Был ли он результатом использования линз?

Мой аналоговый черновик этого блога. 

Скоро:

- музейная карта Голландии: hints, tips и подводные камни

- Райксмузеум, Амстердам

- музей ван Гога, Амстердам

- Бойманс музеум, Роттердам

- Музей Эшера, Гаага

- Маурицхаус, Гаага

- Вермеер-центрум, Делфт

С заранее купленным онлайн билетом я пришла в выставочный зал банка ING, но если начистоту - вышла из музея Магритта, перешла площадь и зашла в зал. 

Совершенно потрясла диспозиция выставки: цикл иллюстраций “Созвездие” (гуашь, терпентин дающий на бумаге интересный эффект) занимает центральный зал, полукругом обвивая мелкие пластические работы великого каталонца. Станковая живопись в разных залах (собраных по этапам творчества) занимает стены и большие раздвижные ширмы, отдельно висят текстильные эксперименты Миро (я о них, например, даже не догадывалась).

Это было довольно естественным перетеканием одного сюрреализма в другой. Магритт > Миро, потому что везде густо присутствовал Андре Бретон (хоть топор вешай!). 

“My certainty is that I want to destroy, destroy everything that exists in painting. I have utter contempt for painting: only pure spirit interests me” [Joan Miro]

Что сказать? Я слышу вашу боль, сеньор Миро! Глядя на вот такие статьи в Википедии хочется раскачиваться и биться головой об стену непонимания сюрреализма и смысла википедии. Я серьезно. “Работы художника похожи на бессвязные детские рисунки и содержат фигуры, отдалённо похожие на реальные предметы.”?!  Перефразируя Миро - Хочу уничтожать, уничтожать всё, что существует в головах людей далеких от живописи. 

/angry museum geek mode off

Впрочем, Жоан боксировал с Э.Хемингуэем (дыша писателю в пуп) и пугал самого отца сюрреализма А.Бретона своими образами в живописи, то есть обидеть его наверное в принципе невозможно.

Давайте лучше про цикл “Созвездия”? изначально замышлялась как иллюстрация к какому-то творению Бретона, но тот в последний момент отказался и к счастью “Созвездия” теперь путешествуют по музеям и радуют не только любителей почитать высоколобую литературу Бретона.

Говорят, что Миро слушал много Баха, работая над циклом, но я, увы, не вижу связи. (я например слушаю много Chemical Brothers, пока пишу эти постинги о музеях). 

Мегаломанские картины позднего этапа минимализма. (немного странно звучит? минимализм  в особо крупных размерах)

Эта работа ‘Figure.Birds’ открывает самый последний зал - поздних работ, созданных под влиянием японской гравюры. Как и ван Гог, Миро был очарован японской культурой и живописью. Литографии ‘Haiku’ 1967 года бесспорное доказательство дзен-Миро. Правда?

Дальше идет отрывок из его дневника.

“Чтобы действительно стать человеком, надо избавиться от своего фальшивого эго. Иными словами, мне нужно перестать быть Миро и попробовать добиться анонимности”  

Щедрая, мощная и насыщенная экспозиция Миро заканчивается в подвале, где расположен детский мастер-класс изучения Миро. Огромный зал со столами и стульями, альбомами Миро, красками, кистями, фломастерами и карандашами/мелками, бумагами всех оттенков и фактур. Там же были услужливые и дружелюбные юные студентки художественной академии, которые помогали детям и взрослым с инструментарием и идеями.

Юные живописцы изучают элементы детализации Жоана Миро и пробуют свое так сказать перо. 

Там же стоит станочек для линогравюр и все для ксилографии. 

Мальчик клеил и раскрашивал кукол, вдохновленный Миро. 

Мне очень очень хотелось тоже что-то сделать Миро-подобное и покрутить станок линогравюры, но врожденная застенчивость не дала и мой порыв спрятался за видоискатель пленочного фотоаппарата. Об этом я жалею.

Rien est impossible aux vaillant [нет невозможного для смелых]- написано на картине The Smoker (1924) и это самая вдохновляющая фраза от Миро. Не забывайте, друзья!

Музей Рене Магритта  расположен на возвышении в музейном районе столицы Бельгии. 

Я решила не тратить время на очереди за билетами и купила его онлайн, вот здесь: 8 евро + 2 евро аудиогид (обожаю аудиогиды и всегда их беру). 

Я не знала сколько идти от Гран Пляс до музея и потому пришла еще до его открытия. Пришлось прогуляться к Place du petite sablon: это крохотный парк с монументом и фонтаном, огороженный решетчатыми воротами, украшенными статуэтками представителей различных средневековых гильдий (от оружейников до мукомолов). 

Все эти пышные кроны, розы и живые изгороди выстроены вокруг памятника  “Киму и Бурану”  Филлипу де Монморанси и ван Эгмону героям голландской революции и предшественникам Вильяма Оранского. 

Сквозь шпору то ли Эгмона, то ли Монморанси можно увидеть крыши Брюсселя.

Одним словом, до или после насыщенной экспозиции Магритта, это лучшее место для визуального рехаба.  

Потому что музей Магритта надолго поселится в вашей черепной коробке. Возможно это один из самых стильных музеев из мною виденных. 

На входе в музей вы сразу понимаете к кому вы пришли. 

Мсье Рене Магритт. 

На каждом этаже (их по-моему 3) перед входом в зал висят такие занятные черные конструкции, напоминающие черную воронку вверх тормашками - внутри воронки плазменные экраны с архивным видео: самое запомнившееся прекрасный дада-перфоманс Жоржетт Магритт, где она поит чаем книгу, освещает свечой шляпу на стуле и всячески обхаживает арт-объекты. Надо ли говорить, что во-первых Жоржетт красотка, во-вторых настоящая муза, в третьих модель своего гениального мужа. 

Одним словом, погружение в мир видео-воспоминаний о Магритте особенно удается благодаря тому, что стоишь под воронкой почти по плечи в черном мареве, на котором мелькает Жоржетт, Рене и их друзья и собачка. 

Каждый зал экспозиции обит черной тканью и все освещение точечно направлено на картины и экспонаты. Ощущение блуждания в темноте, где сигнальными огнями служат только работы Магритта не покидает до самого выхода. Впрочем, это и правильно, в 1933 Магритт переосмыслил идею живописи как форму вопросительного языка изучающего объекты (надеюсь вы понимаете о чем я?). Каждое полотно похоже больше на вопрос, чем на ответ. Что это я вижу? Как объект стал словом и почему у этого слова именно это значение? Можно ли назвать объект курительной трубкой, если он таковым не является? 

Вообще, как по мне помимо десятка поистине гениальных работ, самая провокативная - это философский буклет о семиотике Words and Images. Я серьезно. Бывает, что медики получают Нобелевскую премию по литературе, а биологи изобретают шедевры механики, но вот чтобы художник (пусть даже дадаист!) легко и просто проиллюстрировал проблемы семиотики… Посмотрите это короткое видео:

The Use of Speech эдакая современная инфографика деконструктивизма. 

Надо ли говорить, что Магритта называли Шахерезадой в стиле сюрреализма (я впрочем уже упоминала его сюр-нарративы).

В моей желтой записной книжке есть такая строчка ‘God is not saint’ - оч странно, узнать больше. Честно говоря, я не помню о чем именно я планировала узнать  больше, но похоже меня впечатлила картина с таким названием, изображающая голубя, сидящего на женской туфле. Вселенная Рене Магритта такая привычная и такая параллельная, что через некоторое время я перестала себе задавать вопросы и отмечать “узнать больше” - просто смотрела и впитывала.  

Картины, поразившие меня в самые палочки и колбочки +сердце.

The companions of fear (1942)

The Stroke of Luck (1945) - в моей записной книжке значится как “свинка в импрессион. манере”

Therapist

И конечно же волшебный диптих The Empire of Lights (1954)

Это совершенно Магриттовская фишка - из привычных, обыденных даже объектов делать сюрреалистические, подобные сну инсталляции: яркое дневное небо и вечерние фонари, изображать курительную трубку и тут же отрекаться от нее так искренне и убедительно, что сомневаешься и лишний раз задаешь себе самый важный вопрос “Что я вижу? Что воспринимает мой ум?” вместо привычного “что изобразил автор?”

В одном из залов шел фильм о Магритте, к сожалению я совсем не понимаю по-французски и я только издали полюбовалась крохотным кинозалом.

Мне понравились фото архивы: фото Рене Магритта на паспорт с закрытыми глазами, фото его друзей для какого-то дадаистского манифеста - и все с закрытыми глазами. Вспомнился Форрест Гамп, который на всех фото тоже закрывал глаза :) Но, конечно же, в случае Рене и Андре Бретона и всех дадаистов/сюрреалистов это было осознанным перфомансом, не буду утруждать своими соображениями на этот счет. Но на фото веселые и очень непослушные творцы-дадаисты, с которыми хочется переписываться и бывать на их спонтанных выставках.

С третьего этажа музея открывается прекрасный вид на Брюссель

Выходя из музея, в магазине купила книгу комиксов о дадаистах (упоительнейшее чтиво! всё, что вы хотели узнать о Бретоне и компании, но ленились листать монографии), открытки для друзей и шариковую ручку, которая выглядит как карандаш (конечно же!). 

Кафе было забито японскими туристами. 

Это тизер. 

Я наконец-то могу рассказать о музейных каникулах, все пленки отсканированы, впечатления каталогизированы.

To be continued…

Заробев от франкофонных топонимов, купила онлайн шаттл-сервис из аэропорта Шарлеруа до ст метро Gare de Midi в Брюсселе. 13 евро за 50 минут пути против 8 евро поездом. От этой станции метро до отеля 9 минут прогулки.